Вопрос об упущенной выгоде (неполученных доходов) возникает при нарушении прав, и, как правило, это конфликтная ситуация. Поэтому в подавляющем большинстве случаев она переносится в суд, где стороны спорят не только о самом факте неполученных доходов, но и об установлении их размера. И от того, кто и как именно будет их рассчитывать, напрямую зависит финансовый итог спора, который в ходе процесса может увеличиться или уменьшиться в разы.

Корректировка, оспаривание и просто уточнение в сторону уменьшения суммы заявленной упущенной выгоды – это частые явления при рассмотрении подобных споров в российских судах. Причиной тому некоторая неопределенность самого принципа расчета данного убытка: при его выполнении необходимо учесть ряд и юридических, и экономических, и технологических моментов.

Прежде всего, стоит отметить, что до вопроса о сумме неполученных доходов дело может и не дойти. Сначала истцу необходимо будет доказать сам факт нарушения прав и наличия убытка, вину ответчика (противоправное поведение) и причинно-следственную связь между ними. Сложность обоснования каждого из этих пунктов разная, и с последним до недавнего времени было труднее всего. Но Постановление Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств" несколько упростило задачу. Оно закрепило более либеральный подход к вопросу доказывания упущенной выгоды и убытков. В том числе, согласно Постановлению, ситуация должна анализироваться с учетом обычных условий гражданского оборота, и если возникновение убытков является обычным последствием нарушения обязательства, то наличие причинной связи между ними предполагается (абз. 2 п. 5 Постановления).

На сегодняшний день истцам (точнее – их юристам) вполне по силам доказать вышеперечисленные моменты. Это является делом непростым, но вполне понятным. А вот насчет размера упущенной выгоды, которую реально обосновать в суде, ситуация не столь однозначна. Но, стоит признать, гораздо лучше, чем была пару лет назад. Нововведения в ГК РФ, вступившие в силу 1 июня 2015 года, и Постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление № 25) скорректировали подходы к установлению объема неполученных доходов. Стало больше оценочных категорий, отданных на усмотрение суда, и, соответственно, возросла роль экспертного заключения.

Так, данное постановление прямо указывает, что при разрешении споров о возмещении упущенной выгоды следует принимать во внимание, что ее расчет, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. И это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске (п. 14 Постановления № 25). До этого от истца требовалось просчитать и обосновать заявленный объем возмещения с математической точностью, которую, к тому же, невозможно доказать для несостоявшегося события. В итоге суды часто отказывали в удовлетворении иска об убытках при наличии малейших сомнений в расчетах.

Теперь же размер упущенной выгоды должен быть установлен с разумной степенью достоверности. И, кстати, если истец не представит подобный расчет, суд, как уже отмечено, не имеет права отказать в иске, а должен сам определить сумму надлежащих к возмещению упущенных доходов – с учетом всех обстоятельств, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (п. 12 Постановления № 25). Обычно для этого судьи привлекают экспертов-оценщиков. К ним же обращаются и для проверки расчетов истца и/или ответчика, если у суда есть вопросы или сомнения насчет их выводов о размерах убытков.

Нововведения даже добавили норму о той степени достоверности, с которой должен быть определен размер упущенной выгоды. Ее теперь можно обосновывать лишь возможностью получения. Ранее необходимо было доказать совершение конкретных действий и приготовлений, направленных на извлечение дохода, которые не были получены только в связи с допущенным ответчиком нарушением. Теперь можно и нужно предоставлять не только их, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения, которых уже может быть достаточно для положительного решения (п. 14 Постановления № 25). Однако и ответчик может представить любые доказательства того, что упущенная выгода в данном конкретном случае не была бы получена истцом.

Принцип самого расчета вытекает непосредственно из определения упущенной выгоды. А это, согласно ГК РФ, вид убытка, неполученные доходы, которые пополнили бы имущественную сферу потерпевшего при обычных условиях гражданского оборота (если бы его право не было бы нарушено) (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Ее размер определяется с учетом затрат (в разумных пределах) сопутствующих ее получению при нормальном развитии событий.

То есть, формула расчета будет выглядеть следующим образом:

УВ = Д – Р,

где УВ – упущенная выгода, Д – потенциальный доход, Р – сопутствующие расходы (потенциальные).

С одной стороны, все достаточно просто и очевидно. С другой, – формула слишком общая, ее составляющие сами по себе требуют отдельных расчетов. Например, потенциальный доход. Что можно сюда включить и почему – это тема специального исследования. Он сугубо индивидуален, зависит от причин возникновения убытков и характера отношений между сторонами в каждом конкретном случае. В общем и целом, все, что смог доказать истец – ему и присудят, что не смог (или насчет чего был более убедителен оппонент) – будет не учтено в расчете упущенной прибыли.

В этом и кроется секрет того, почему порой так сильно различаются присужденный объем упущенной выгоды и предположительно "реальный" объем данных убытков компании. Например, организации, специализирующейся на розничной торговле, будет непросто доказать, что все, что она заказала у оптовика, она продала бы в конкретный период времени, если бы поставка состоялась. А вот премия от поставщика по договору – это гарантированный доход, и его потерю, если виноват контрагент, обосновать в качестве упущенной выгоды вполне реально.

Так в достаточно известном деле поступила корпорация "Б." (Определение Судебной Коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 7 декабря 2015 г. № 305-ЭС15-4533). К своему партнеру – израильской компании "T" – она предъявила за срыв поставок возмещение упущенной выгоды в размере ретро-бонуса, который и в договоре был прописан, и по заявке причитался за большой объем поставки. И выиграла это дело, хотя, возможно, ее прибыль была бы и больше, в случае, если бы поставка не была сорвана. Но тогда можно было точно доказать лишь "утраченный" бонус, на нем и остановились.

Сейчас возможности у истцов несколько шире. Во-первых, благодаря вышеупомянутым изменениям, доказать можно существенно больше прописанных на бумаге бонусов. Например, что в прошлом и позапрошлом году от продажи поставленного товара была зафиксирована прибыль, ее получили бы и в этом году, не будь нарушены договорные обязательства. И с учетом бонусов, налогов и прочих выплат она составила бы определенную сумму (гораздо большую, чем премия от поставщика).

В основном это работает именно при такой оценке упущенной выгоды, когда доход предшествующих месяцев или лет позволяет сделать выводы о возможности его получения примерно в том же объеме в рассматриваемом – последующем периоде. Если данные по "предшествующим" финансам закреплены документально, то суду и эксперт-оценщик не всегда нужен (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 16 августа 2016 г. по делу № А51-11145/2015). Но это, правда, ситуация, близкая к идеальной. Как правило, неполученные доходы придется оценивать, особенно если в предшествующие периоды их не было, лишь предполагались (постановление Одиннадцатого Арбитражного апелляционного суда от 2 июня 2016 г. по делу № А55-23007/2015). И чаще всего, возникает комбинированная ситуация, когда часть неполученных доходов оценивается, "оглядываясь назад", а другая их часть – с помощью объектов-аналогов (решение Арбитражного суда Чувашской Республики от 3 марта 2016 г. по делу № А79-4457/2015). Здесь большая роль отводится экспертам-оценщикам, которым придется отстаивать свою позицию. Поскольку, как уже отмечено, что не доказано – то потеряно.

По сути, в сфере оценочных категорий каждый расчет упущенной выгоды – это построение индивидуальной финансовой модели ситуации (с обоснованием и указанием источников информации). А это требует уже профессионального подхода и специальных навыков. Поэтому такая работа практически сразу передается экспертам-оценщикам, и именно на их заключение опирается суд при рассмотрении соответствующих дел. И любой стороне спора – истцу и ответчику – стоит также сначала обратится к независимым оценщикам, чтобы просчитать и реальность заявленных убытков, и перспективы их отстаивания или оспаривания. Тем более что благодаря вышеуказанным нововведениям в ближайшем будущем возмещение упущенной выгоды станет действенной мерой защиты прав участников гражданских правоотношений.

Дмитрий Жарский
Директор Экспертной группы VETA


Источник: ГАРАНТ.РУ

Рассказать друзьям:

Другие публикации